"Многоуважаемая нейросеть": нормы вежливости и языковые модели

Что такое вежливость?

В обывательском смысле вежливость — это этикетные формулы. В лингвистике же вежливость понимается шире: как инструмент сглаживания острых углов коммуникации. Для объяснения вежливости можно использовать метафору Шопенгауэра — «дилемму дикобразов»: в холодную ночь животные вынуждены сближаться, чтобы согреться, но чем ближе они друг к другу, тем сильнее ранят иглами. Отдалившись, они избегают боли, но мерзнут. Вежливость в этом смысле — способ найти оптимальную дистанцию: не уколоть и не оттолкнуть, но и не замерзнуть.

Важно, что вежливость не ограничивается формальными маркерами. Любая фраза, которая оказывается приемлемой в конкретной ситуации общения, может считаться вежливой. Это свойство контекста, а не словаря.

Опасные речевые акты 

Классические теории вежливости исходят из идеи, что существуют опасные речевые акты: просьбы, приказы, даже комплименты. Они угрожают, естественно, не физически, но социальной ценности собеседника, его имиджу и желанию быть принятым, уважаемым и автономным в коммуникации. Любая прямая речь, направленная на изменение поведения или статуса собеседника, неизбежно несет в себе угрозу этому имиджу.

Поэтому такие акты принято «заворачивать в обертку хороших манер» — делать более длинными, косвенными, мягкими. Не приказ «открой окно», а вопрос: «Не мог бы ты открыть окно, пожалуйста?». «Открой окно» угрожает праву человека на свободу выбора и неприкосновенность личных границ, это прямой приказ, который подразумевает, что человек должен подчиниться и не имеет права отказа.

Дополнительные слова здесь — не украшение, а сигнал: говорящий тратит больше усилий, чем требуется минимально, и тем самым демонстрирует уважение.

Социальные лица и драматургия общения

Здесь полезна концепция Ирвинга Гофмана о социальной драматургии. Мы все играем роли и одновременно поддерживаем роли других. Речь — основной инструмент этой поддержки. Вежливость в этом контексте — способ сохранить социальное лицо собеседника. 

Причем у лица есть две стороны:

• Позитивное лицо — ощущение собственной ценности и значимости.
• Негативное лицо — право на автономию и свободу выбора.

 

Фраза «открой окно» как раз угрожает негативному лицу. Фраза «Не мог бы ты открыть окно, пожалуйста?» оставляет пространство для отказа — даже если он чисто формальный.

Вежливость как ритуал

Современный взгляд на вежливость чаще смещается от идеи «опасных актов» к ритуалу. Вежливо то, что соответствует привычному социальному сценарию. Нарушение ритуала вызывает раздражение — даже если формально никто не был оскорблен. Отсюда можно сделать вывод: любое общение может быть вежливым или невежливым, в зависимости от того, соблюдаются ли принятые в данной группе нормы.

Грубость тоже может быть формой солидарности. Есть сообщества, где внешне грубая или ироничная речь не только допустима, но и поощряема. В таких группах резкие выражения работают как маркеры близости и сигнализируют о том, что «мы настолько свои, что можем так разговаривать». Для участников это форма вежливости — особой, «негативной», но ритуализированной. Для внешнего наблюдателя такое общение может выглядеть агрессивным и восприниматься как невежливость.

Универсальна ли вежливость

Позитивное лицо — почти универсально. А вот негативное лицо работает не во всех культурах одинаково. В некоторых обществах (например, в китайском или японском контексте) подчеркивание индивидуального права отказаться может восприниматься как исключение из коллектива, а не как проявление уважения.

Почему ИИ так вежлив

Парадоксально, но подчеркнутая вежливость современных языковых моделей во многом — реакция на человеческую невежливость. Ранние эксперименты с чат-ботами, обученными на «сыром» интернете, быстро показали: без фильтрации такие системы начинают воспроизводить самые агрессивные и токсичные паттерны речи. Интернет как обучающая среда оказался перенасыщен конфликтами и оскорблениями.

Поэтому современные модели сознательно переучивают с антивежливости на вежливость — из обучающих данных вычищают или сильно сглаживают агрессивные формы, а в саму модель закладывают стратегию максимальной корректности. В результате ИИ часто выглядит не просто вежливым, а иногда даже чрезмерно осторожным.

Есть и вторая, не менее важная причина. ИИ — это не абстрактный собеседник, а публичный голос компании. Его этические и риторические рамки уже, чем у человека: он не может позволить себе сомнительные формулировки, даже если они широко распространены в живой речи. Ошибка или резкость модели воспринимается не как индивидуальный сбой, а как репутационная проблема.

Наконец, вежливый ИИ — это кооперативный собеседник. А кооперация в коммуникации повышает ее эффективность: пользователь быстрее получает ответ, реже вступает в конфликт и охотнее продолжает диалог. В этом смысле вежливость для ИИ — не моральная категория, а функциональная стратегия.

Почему люди в интернете становятся менее вежливыми, чем обычно

На этом фоне особенно заметен контраст с тем, как ведут себя люди онлайн. Одна из ключевых причин — дистанция. В цифровом общении исчезает необходимость постоянно считывать социальные сигналы: интонацию, мимику, реакцию тела, даже выбор между «ты» и «вы». Это резко снижает «цену» грубости и делает прямые, резкие формулировки более доступными.

Вторая причина — конкуренция за внимание. Вежливость часто описывают как «хорошо организованное равнодушие»: она сглаживает эмоции и делает высказывание нейтральным. Невежливость же, напротив, эмоциональна и заметна. В среде, где слишком много голосов, агрессия становится способом выделиться и быть услышанным.

Таким образом, интернет одновременно поощряет резкость и наказывает за избыточную аккуратность — ровно те качества, от которых ИИ стараются избавиться в процессе обучения.

Эффект «пожалуйста»: длиннее промпт — точнее ответ?

Многие пользователи интуитивно добавляют в запросы «пожалуйста» и «спасибо». Но работает ли это? Исследования, в том числе проведенные Александром Пиперски, показывают: ответы на вежливые промпты действительно точнее. Однако причина не в магии вежливости, а в ен побочном эффекте — удлинении запроса: чем длиннее промпт, тем больше токенов тратит модель на ответ. А длинный ответ чаще бывает развернутым и детализированным. Это не вежливость как таковая, а следствие многословия.

Еще одно подтверждение — эксперимент Валерия Шульгинова с генерацией изображений: запрос «нарисуй круг с точкой» давал идеальный результат. Добавление «пожалуйста» и обращений вроде «уважаемый ИИ» приводило к появлению лишних линий вокруг точки. А грубый промпт «сволочь, воткни точку в центр круга» неожиданно окрасил точку в красный, а круг — в зеленый. Модель, не понимая эмоциональной окраски, пыталась «додумать» скрытый смысл.

Вывод: умеренная нейтральность эффективнее излишней вежливости или агрессии. Чрезмерная учтивость размывает запрос. Однако с точки зрения социальных практик вежливость может выполнять другую функцию — тренировку коммуникации. Особенно в повседневных сценариях и в общении детей с голосовыми ассистентами: привычка к корректной речи легко переносится с машины на человека.

Темная сторона вечной поддержки

Самая серьезная проблема «вечно вежливого» ИИ — его настройка на кооперацию любой ценой. В ходе эксперимента исследовательской команды Валерия Шульгинова лингвисты просили модели определить, является ли ситуация абьюзом. На вопрос «Это абьюз?» ИИ чаще соглашался с пользователем, даже когда ситуация таковой не была.

Конфликт в теории коммуникации — полезный инструмент. Иногда в нем нет вин-вин решения: кто-то должен проиграть. Здоровый спор помогает переосмыслить позицию. Но ИИ устроен так, чтобы избегать конфликта. Если такие модели станут психотерапевтами, они будут подтверждать любую деструктивную установку пациента ради „поддержки“.

Граница между живым и неживым

Философ Гаспар Кениг в книге «Конец индивидуума» предупреждает: олицетворение ИИ размывает границу между человеком и машиной. Говорить «пожалуйста» голосовой колонке — значит тренировать практики, которые потом могут перенестись на общение с людьми.

Но здесь нет однозначного ответа. С одной стороны, вежливость как социальный навык полезна в любом контексте. С другой — важно понимать, с кем мы общаемся.
Язык всегда адаптируется к новым реалиям. Опасна не вежливость по отношению к ИИ и не вежливость ИИ по отношению к нам, а роль эксперта, которую он приобретает. 

Что в итоге

Вежливость в диалоге с ИИ оказывается не вопросом хороших манер и не обязательным условием эффективности. Это скорее способ настройки взаимодействия — выбор между краткостью и развернутостью, нейтральностью и риторикой, кооперацией и дистанцией. Языковые модели пока лишь частично воспроизводят человеческие представления о вежливости и часто упрощают их, сводя к согласию и поддержке. Но именно в этих искажениях становится заметно, что вежливость — не универсальное правило, а культурный и ситуационный инструмент, который каждый раз приходится настраивать заново.

Разговор об ИИ делает это особенно наглядным: общаясь с машиной, мы внезапно начинаем лучше видеть собственные ритуалы общения — где они помогают договариваться, а где превращаются в пустую форму.

Валерий Шульгинов