You are here

«Русская» иммиграция в публикациях израильской прессы (контент-анализ крупнейших газет).

Моше Кенигштейн
Диаспоры, 2006, №4

Иммигранты из СССР/СНГ являются одним из объектов постоянного внимания израильских СМИ, в частности, прессы. Наибольшее число публикаций приходится на первую, самую крупную волну «большой алии» (1990-1993), когда в Израиль ежемесячно прибывали тысячи русскоязычных иммигрантов (в 1990 году – 200 тысяч, в 1991 – 176 тысяч, в 1992 и 1993 – по 77 тысяч человек).

Моше Кенигштейн
Диаспоры, 2006, №4

Иммигранты из СССР/СНГ являются одним из объектов постоянного внимания израильских СМИ, в частности, прессы. Наибольшее число публикаций приходится на первую, самую крупную волну «большой алии» (1990-1993), когда в Израиль ежемесячно прибывали тысячи русскоязычных иммигрантов (в 1990 году – 200 тысяч, в 1991 – 176 тысяч, в 1992 и 1993 – по 77 тысяч человек).
В начале 1991 года в каждой из трех крупнейших израильских газет («Yediot Ahronot», «Maariv» и «Haaretz») практически ежедневно публиковались сообщения, репортажи, интервью и аналитические статьи, посвященные различным проблемам приема, устройства и адаптации иммигрантов. В середине 90-х годов число публикаций на эту тему резко сократилось и продолжает уменьшаться, хотя и сейчас в газетах почти ежедневно можно обнаружить одну-две публикации, прямо или косвенно связанные с русскоязычными израильтянами. Учитывая, что с 1991 года до настоящего времени объем ежедневных и пятничных выпусков трех крупнейших израильских газет увеличился почти в два раза, частота, удельный вес и объем публикаций, посвященных «русским» иммигрантам, за 15 лет многократно сократились. Эта тенденция отражает, с одной стороны, резкое сокращение масштабов иммиграции в Израиль, с другой – стремительное падение общественного интереса к этой тематике, изменение его направленности и характера.

Изображение

В начале 90-х годов более половины публикаций о «русских» израильтянах представляли обзорные и аналитические статьи (или их части) с использованием данных статистики, оценок и прогнозов специалистов и политиков. Начиная с середины 90-х годов и до настоящего времени, такие статьи появляются намного реже. В течение всего периода три четверти публикаций по данной теме (74%) были минимального объема – менее 100 слов.

О снижении общественного интереса к иммигрантам свидетельствует также существенное изменение локализации публикаций по этой тематике. В 1991 году почти половина из них (44%) размещалась в центральной части газет, примерно четверть (22%) – на последних страницах и в приложениях (34%). В 1997 и 2004 годах только одна из четырех (27-28%) публикаций о «русских» иммигрантах занимала место в центральной части газет, а большинство материалов на эту тему переместилось на периферийные страницы и в приложения.

Ведущие израильские газеты, конечно, различаются по своему содержанию, стилю и направленности - это относится также к публикациям по «русской» тематике. В начале 90-х годов самая популярная в Израиле газета довольно часто публиковала на центральных страницах фоторепортажи, посвященные «русским» иммигрантам. Содержание таких материалов было, как правило, простым и ясным. Например, один из фоторепортажей посвящен семье «русских» иммигрантов, прибывшей в Израиль за неделю до наступления 1991 года. Вместе с многочисленными родственниками и друзьями они весело празднуют Новый год («Сильвестр») с обильной (разумеется, некошерной) едой и выпивкой. Выводы и моральная оценка этого события читателю не навязываются, хотя они вполне предсказуемы.
Во многих случаях публикации формально не были направлены против иммигрантов, но фактически формировали у читателей определенные, как правило, негативные установки и стереотипы на тему «чужие в доме».

В отличие от «Yediot Ahronot», газета «Haaretz» чаще публикует материалы аналитического характера, менее клишированные и стереотипные, рассчитанные на более образованного и интеллигентного читателя. В этой газете больше публикаций на социально-экономические и политические темы, статьи о культуре и искусстве. Газета «Maariv» занимает промежуточное положение, сочетая прямолинейность «Yediot Ahronot» с более интеллигентным стилем «Haaretz», в том числе, в публикациях по «русской» тематике.

В начале 90-х годов, когда интерес общества и прессы к «русским» иммигрантам был высоким, тематика публикаций была достаточно разнообразной. К середине 90-х годов, когда интерес общества к «русским» резко снизился, разнообразие тематики резко уменьшилось.
В начале 90-х годов в публикациях чаще всего затрагивались общие проблемы иммиграции и первоначальной адаптации иммигрантов, их социально-экономические и жилищные проблемы, различные аспекты трудоустройства. В середине 90-х годов намного чаще прочих публиковались материалы на политические и криминальные темы: о «русских» политических партиях и их лидерах (Щаранский, Либерман), о правонарушениях и преступности среди «русских» иммигрантов. Эта пропорция сохранилась и в настоящее время – в газетах чаще всего публикуются материалы о «скандальных» «русских» политиках (Либерман и другие) и «русских» бизнесменах с «сомнительными» капиталами (Гайдамак, Гусинский, Невзлин), о проявлениях жестокости и насилия в «русских» семьях, о бездомных, алкоголиках и т.п.

За 15 лет, прошедших с начала «большой алии», заметно изменилась также направленность публикаций об иммигрантах. В начале периода 40% публикаций содержали в основном позитивную установку, 27% - в основном негативную. В середине 90-х годов и в настоящее время доля публикаций, относящихся к «русским» позитивно, резко сократилась – до 14%, а удельный вес публикаций негативной направленности увеличился до 63%.
В публикациях начала 90-х годов явно ощущается позитивное отношение государства и израильского общества к иммиграции из СССР/СНГ. Общая установка многих публикаций включает чувства национальной солидарности, заинтересованное участие, доброжелательность и готовность помочь иммигрантам в решении их проблем. В то же время, многие публикации все чаще привлекают внимание читателей к «странным» и негативным качествам иммигрантов. Газеты пишут об отсутствии у них патриотической и сионистской мотивации, о большом количестве неевреев, неполных семей и пожилых людей, о невежестве иммигрантов в вопросах еврейской религии, истории и культуры. В публикациях о конкретных случаях насилия в семьях иммигрантов, о мошенниках и преступниках, о психических заболеваниях и самоубийствах, как правило, нет обобщающих выводов, но у читателя складывается представление о низких моральных качествах «русских», об их склонности к алкоголю и некошерной пище, о мошенниках и проститутках, о «русской» организованной преступности и т.п. В публикациях на криминальные темы чаще всего прямо не указывается, что речь идет о преступлениях именно «русских» израильтян, но по косвенным признакам читатель это без труда понимает. Нередко даже публикации позитивной направленности содержат «между строк» весьма негативный заряд. Например, фотосюжет, в котором семья иммигрантов благоденствует на вилле с бассейном, подкрепляет распространенный среди израильтян стереотип об «абсорбции «de lux», о щедрых «подарках», которые иммигранты получают от государства «за наш счет». В подтексте сюжета содержится вывод о чрезмерных претензиях иммигрантов к израильскому обществу и государству, об их неблагодарности и т.п.
Во многих публикациях тенденциозно подбираются одни факты и затушевываются другие. Так, например, в информации о задержанных «русских» проститутках, не уточняется, что это туристки или нелегалки, занятые в криминальном бизнесе, организованном коренными израильтянами. С помощью подобных публикаций у читателя поддерживаются негативные стереотипы о моральных качествах и «доступности» «русских» женщин.

Одной из причин резкого изменения в середине 90-х годов направленности израильской прессы с позитивной на негативную стало изменение социально-экономического статуса многих «русских» иммигрантов в Израиле. В начале 90-х годов, когда статус «русских» в этносоциальной стратификации общества был низким, в обществе и СМИ преобладало патерналистское отношение к иммигрантам. Но уже в середине 90-х годов, когда реальное положение десятков тысяч «русских» семей существенно улучшилось и общественный статус русскоязычный общины начал повышаться, «русские» стали восприниматься как серьезные конкуренты во всех областях – в сфере занятости и бизнесе, в политике и культуре. Реальность не соответствовала стереотипам, выстроенным СМИ в начале 90-х годов: «русские» оказались намного более сильными, социально активными и амбициозными, чем это казалось в начале «большой алии».

Другой причиной изменения отношения израильской прессы к иммигрантам является преобладание интереса журналистов – и читателей, естественно - к негативным и скандальным событиям. При этом в тени остаются такие проблемы, как реальные трудности адаптации иммигрантов, провал государственных программ языкового «ликбеза», резкое сокращение курсов переквалификации специалистов, полное прекращение строительства социального жилья, дискриминация в сфере трудоустройства и оплаты труда, причины устойчивости негативных стереотипов и т.д.

Газета ищет темы и заголовки, привлекающие внимание читателей, которые покупают и запоминают её, благодаря заголовку, а часто и ограничиваются им, не особенно вникая в содержание публикации: броский заголовок и острая тема часто важнее содержания, анализа и даже реальных фактов. Этим объясняется явная диспропорция в тематике публикаций: газеты акцентируют внимание на криминальных историях, проституции, насилии в семьях, самоубийствах и т.п.
Кроме того, иммиграция никогда не была центральной темой израильской прессы – даже в период максимального притока иммигрантов, когда репортажи и статьи о них ежедневно появлялись в газетах. Эта тема не входит в число приоритетных тем израильских СМИ (безопасность, политика, криминал, спорт и т.д.). Поэтому от журналистов, пишущих об «этих русских», не требуется такой же уровень профессионализма, а от их материалов – такая же степень обоснованности и достоверности, как от публикаций на политические, военные или криминальные темы. Крайне редко на темы «русской» иммиграции пишут известные и авторитетные журналисты «с именем».

В начале 90-х годов, когда в Израиль каждую неделю прибывали тысячи иммигрантов из СССР/СНГ, в обществе и прессе доминировали настроения эйфории и гордости за страну, воплотившую в реальность сионистскую мечту. Позитивное отношение общества к «русским» иммигрантам получило дополнительный импульс в период войны в Персидском заливе, когда массовая «русская» иммиграция в трудный и опасный момент истории Израиля воспринималась как проявление национальной солидарности. В январе 1991 года в прессе почти ежедневно публиковались репортажи о праздничных встречах иммигрантов, об их стойкости и патриотизме, о «школах иврита в бомбоубежище», об израильтянах, помогающих иммигрантам, передающих им мебель, одежду, продукты питания и т.д.

Кроме того, следует иметь в виду, что в начале 90-х годов израильская пресса, как и общество в целом, не была ни психологически, ни профессионально готова к восприятию и пониманию массовой «русской» иммиграции: к ее масштабу и темпам, сложности и разнообразию. Ни в одной из газет не было постоянных журналистов, специализирующихся на «русской» тематике. К сожалению, даже добросовестный журналист, не знающий русского языка, малознакомый с ценностями, мотивацией и психологией репатриантов, создает искаженную, деформированную картину их жизни, дополняя ее собственными заблуждениями, стереотипами и фантазиями. Эта картина может быть искажена также редактором, который «фильтрует» полученный от журналиста материал в соответствии с собственными критериями и стереотипами.

В течение пяти – десяти лет после приезда в Израиль, тысячи «русских» иммигрантов получили специальное образование и приобрели опыт работы в Израиле – благодаря этому им удалось «пробиться» во многие сферы занятости. Израильские СМИ на иврите, в том числе, пресса, являются одной из немногих сфер занятости, по-прежнему «закрытых» для иммигрантов. Вероятно, это одна из причин беспрецедентного развития русскоязычных СМИ в Израиле.
Кроме Наташи Мозговой, работающей с 2000 года в «Yediot Ahronot», в ведущих израильских газетах практически нет журналистов, знающих и понимающих русский язык, специфические проблемы русскоязычной общины, ментальность и «культурные коды» «русских» израильтян. О «русских» пишут журналисты, специализирующиеся на политической, экономической, культурной или криминальной тематике.
В газетах «Yediot Ahronot» и «Maariv» редко появляются глубокие аналитические статьи на «русские» темы. Если они и публикуются иногда, то, как правило, в приложениях. В газете «Haaretz» серьезные аналитические публикации появляются более часто – в связи с общей позицией газеты и её стремлением привлечь интеллигентных «русских» читателей.

В начале 90-х годов в обществе и прессе преобладало убеждение, что иммигранты быстро ассимилируются, растворятся («абсорбируются») в израильском обществе, станут «своими», неотличимыми от большинства израильтян. Общей установкой многих публикаций на «русские» темы в начале 90-х годов была концепция «плавильного котла», то есть, уверенность в том, что иммигранты постепенно приобретут качества израильтян (язык, ментальность, культура), утратив одновременно свои этнокультурные и психологические особенности. Через несколько лет стало ясно, что «русские» не только не спешат «растворяться», но напротив, создали свой, «русский Израиль»: развитую секторальную инфраструктуру СМИ и культуры, торговли и услуг, образования и общественно-политической деятельности. Реакцией прессы были (и остаются) обвинения иммигрантов в нежелании становиться израильтянами и интегрироваться, в создании «русского гетто».

На этом общем негативном фоне, который задают СМИ, включая ведущие газеты, на менее рафинированном уровне массового сознания появилось множество стереотипов и ярлыков, относящимся к русскоязычным израильтянам: от «русской мафии» и «русских проституток» до «гоев» и «христиан», угрожающих еврейскому характеру государства и общества. Даже сейчас, спустя 15 лет, когда значительная часть населения Израиля уже не воспринимает серьезно большинство из этих стереотипов, израильская пресса продолжает их использовать. Когда некоторое время назад СМИ, используя «утечку информации» из полиции, подняли шум вокруг «дела банка Апоалим», в газетах снова появились имена «русских» бизнесменов (Гайдамак, Гусинский) и ссылки на мифическую «русскую мафию», которая стремится укорениться в Израиле.

К сожалению, израильская пресса продолжает навязывать читателям старые «проверенные» штампы и стереотипы, несмотря на то, что реальная действительность давно и существенно изменилась.
После того, как осенью 2006 года партия «Наш дом Израиль» во главе с А. Либерманом вошла в правящую коалицию, «либерально-интеллектуальная» газета «Haaretz» опубликовала статью «Русские хотят порулить Израилем», в которой собран "букет" стереотипов: «Уже давно стало ясно, что миллионная община ищет не интеграции, но руководящей роли в израильском обществе. Чувство культурного превосходства, усиленное имперским сознанием, сформировало характер этой алии, которая не собирается входить в коллектив на равных условиях» («Haaretz», 31.10.06). Показательно, что автор статьи, Л. Галили, в течение 15 лет(!) специализируется на проблемах «русской» общины Израиля, и её отношение к русскоязычным израильтянам считается толерантным.

Приверженность израильской прессы к созданию негативных стереотипов и «образов врага» отражает традиционно снисходительное отношение израильского общества к проявлениям ксенофобии по отношению к иммигрантам и меньшинствам. В некоторых публикациях, следующих за очередным общественным скандалом, «русских» успокаивают и просят не обижаться на предрассудки и ярлыки: «ничего страшного, все через это проходят». Однако, раз за разом участвуя в подобных «невинных» акциях, израильские СМИ и, в частности, пресса культивируют в обществе нормы этнокультурного противостояния и враждебности, противодействует сближению и интеграции различных групп населения.

Справедливости ради следует отметить, что в израильских газетах можно встретить немало позитивных публикаций о культуре и образовании «русских», о патриотизме молодых людей, стремящихся служить в боевых частях, о выдающихся артистах и спортсменах. Недавно все газеты с симпатией написали о «русской» безработной иммигрантке, которая обратилась с крупным судебным иском к работодателю, отказавшему ей в приеме на работу на том основании, что она «негалахическая» еврейка. Однако тысячи подобных и других случаев дискриминации израильтян-неевреев редко привлекают внимание израильских СМИ.
Данные контент – анализа свидетельствуют, что на протяжении всего периода (кроме 1991- 93 годов) в израильской прессе преобладало негативное отношение к «русским» иммигрантам. Наиболее частые темы публикаций негативной направленности – преступность и правонарушения «русских» израильтян (27% числа публикаций), общие проблемы адаптации иммигрантов (14%), экономические проблемы (10%), «русские» персоналии (10%).

Практически все публикации на криминальные темы имеют общую негативную направленность (более 90% всех публикаций по теме). В них, как правило, не анализируются социальные условия и причины правонарушений среди иммигрантов, внимание акцентируется в основном на негативных личных качествах и этническом происхождении нарушителей закона. Так, например, в нескольких публикациях в начале 2004 года, посвященных исследованию и анализу правонарушений среди «русских» подростков, указывается, что подростки – неевреи совершают правонарушения намного чаще, чем евреи. В результате получает «аналитическое» обоснование стереотипное и ложное представление о том, что рост преступности в Израиле связан с иммиграцией в страну неевреев. При этом в тени остаются социально-экономические причины и факторы преступности среди иммигрантов. Так, например, после серии убийств, совершенных в 2005 году в Хайфе, начальник полиции города в беседе с корреспондентом «Yediot Ahronot» сообщил, что процент криминальных преступлений, в которых замешаны «русские» иммигранты, заметно превышает их долю в населении города, поэтому для снижения преступности следует «изменить Закон о возвращении с тем, чтобы была возможность проведения селекции». Наиболее частые криминальные темы и сюжеты публикаций – проявление жестокости и насилие в семье, экономические преступления и аферы, так называемая этнически ориентированная преступность: подделка документов, торговля женщинами, мошенничество среди «своих». В публикациях о преступлениях «русских» подчеркивается их особая агрессивность и жестокость, наглость и цинизм.

В публикациях негативного характера на темы иммиграции и адаптации иммигрантов в начале 90-х годов часто рассказывалось о непонимании «русскими» израильских реалий, незнании истории и традиций, об их «нееврейском» образе жизни. В середине 90-х годов более частые темы – иммиграция в Израиль неевреев, возвращение в Россию, эмиграция русскоязычных израильтян в Канаду и т.п.

В большей части публикаций на экономические темы также преобладает негативная установка (более 60%). В начале и середине 90-х годов в них обычно рассказывалось о больших расходах государства на прием иммигрантов; о расходах на «корзину абсорбции» и социальную помощь пожилым людям, инвалидам и матерям-одиночкам, удельный вес которых в составе иммигрантов намного выше среднего; о различных льготах для иммигрантов; о политическом лоббировании в пользу иммигрантов при обсуждении государственного бюджета; о проблемах трудоустройства и т.д.
Большая часть публикаций, посвященных «русским» персонам – политическим лидерам, крупным бизнесменам – также написана с негативных позиций. Чаще они представлены как недемократичные, беспринципные, правые, мафиозные, коррумпированные и т.д. Количество таких публикаций возрастает в период предвыборных кампаний, когда от электоральных предпочтений «русских» израильтян во многом зависят результаты выборов. В предвыборный период за «русскими» активно «ухаживают» - в прессе резко увеличивается число публикаций с комплиментами в адрес иммигрантов, их успешной интеграции в обществе. После выборов «русских», как правило, ругают, обвиняя в политической некомпетентности, в чрезмерно правой (или левой, в зависимости от результатов выборов) ориентации и т.д.

Даже в конце 90-х годов, когда во многом благодаря политическому оформлению «русской» секторальности, модель мультикультурализма, то есть, сосуществования различных этнокультурных групп в израильском обществе, стала реальностью, пресса продолжала следовать устаревшим установкам «плавильного котла». С начала 90-х годов и до настоящего времени крупнейшие израильские газеты создают и навязывают обществу неадекватные и негативные стереотипы по отношению к «русским» иммигрантам. Всё, что в жизни русскоязычных израильтян выходит за пределы так называемых «общепринятых» норм и стандартов, получает явную или завуалированную негативную оценку израильской прессы – от «некошерных» магазинов до «секторальных» общественных проектов и политических партий. Это относится даже к таким позитивным инновациям как созданная «русскими» система дополнительного образования (физико-математические школы), в которых учатся также дети коренных израильтян.

Резюмируя результаты контент-анализа, приходится констатировать, что отношение крупнейших израильских газет к русскоязычной общине Израиля отличается большей инерционностью, консерватизмом и склонностью к негативным стереотипам, чем отношение большинства «средних» израильтян, которые многие годы живут рядом с «русскими», учатся и работают вместе с ними, служат в армии, занимаются бизнесом, дружат и вступают в браки.