You are here

Интернет будущего: монополизация и неравенство

Давать прогнозы — дело неблагодарное. Однако для того, чтобы оценить перспективы, которые ожидают «наш с вами» интернет в ближайшем будущем, не нужно заглядывать слишком далеко. Нам хочется представлять себе интернет будущего, который непременно даст всем желающим единые возможности для доступа к сервисам и контенту, но этого, скорее всего, никогда не случится. 

Интернет — глобальная сеть, так? Однако большая часть трафика в нём проходит по частным сетям мегакорпораций. Amazon, Microsoft, Facebook и Google развертывают свои сети доставки контента (CDN) такими темпами, что через 5 лет по ним будет проходить 70% всего трафика. 

Основная причина такой ситуации — популярность потоковых видеотрансляций. По прогнозам Cisco, к 2020 году 90% всего интернет-трафика будет приходиться на видео. Это вполне реальный прогноз, ведь в 2006 на видео приходилось всего 12% трафика. Никто не хотел смотреть видео с буферизацией, и Google взялась за создание собственной системы CDN, вкладывая в инфраструктуру миллиарды долларов. Успех не заставил себя ждать — к 2009 году на долю Google приходилось уже 5% глобального интернет-трафика, и этот опыт начали перенимать другие компании (Microsoft и Yahoo). 

По оценкам исследователей из компании Nielsen, в первом квартале 2016 года длительность просмотра различных видов онлайн-видео (людьми в возрасте от 18 до 34 лет) достигла 30 часов в неделю, уверенно обогнав телевидение (его смотрели 21 час).

Изображение

Из результатов исследования компании Cisco (которая любезно предоставляет инфраструктуру для магистрального трафика) видно, что улучшающие качество видеотрансляций и других онлайн-медиа сети CDN растут невиданными ранее темпами. Основные инвесторы — Netflix, Google и Facebook. Развёртывать такие сети гораздо дешевле прокладки оптических трансатлантических кабелей. Исследователи из фирмы TeleGeography указывают, что почти половина всего трафика, проходящего через интернет, фактически проходит через эти параллельные маршруты.

Изображение

И в разных регионах ситуация сильно различается:

Изображение

Доминирование CDN будет более выраженным в богатых странах: Северная Америка, Западная Европа и Азиатско-Тихоокеанский регион. К 2021 году 91% всего интернет-трафика в Северной Америке будет идти через CDN, по сравнению с 31% на Ближнем Востоке и в Африке. Около 60% всего интернет-трафика будет проходить через частный CDN-сервер, созданный Netflix в Северной Америке, уже в 2021 году. Всего десять процентов интернет-трафика на Ближнем Востоке и в Африке будут идти через быстрые частные CDN.

Что же случится в странах, где спрос на платные сервисы невысок? Качество «интернета будущего» станет недостаточным. В то время, как пользователи в странах с развернутыми сетями CDN получат плавное потоковое видео высокого разрешения в реальном времени, быстрые голосовые интерфейсы, минимальный отклик для онлайн-игр и другие преимущества, в более бедных регионах этого не случится. Надеяться на благотворительность частных корпораций не приходится — до улучшения экономической и инвестиционной ситуации в неблагополучных регионах могут пройти годы, и даже десятилетия. 

Такая схема передачи данных означает, что владельцы контента (такие как Google и Netflix) де-факто обладают большей властью, чем когда-либо, и легко могут контролировать способ доставки контента конечному потребителю. Кто захочет (и сможет ли) конкурировать с Google, не обладая собственной системой CDN? В конечном итоге, потребители могут выбрать небольшое число компаний, которые владеют как данными в интернете, так и средствами их доставки. В долгосрочной перспективе это приведёт к «старой доброй» монополизации и ограничит пользователей в выборе контента. 

И Alphabet смело экспериментирует в этом направлении: потенциально проект Google Fiber сможет стать безальтернативным способом доступа к новому, сверхбыстрому интернету, контент в котором будет проходить исключительно через серверы Google. Конкурируя с провайдерами «первого уровня», частные компании смогут получить весомое преимущество. Это не будет слишком сложной задачей, поскольку количество крупных поставщиков интернета в странах зачастую не слишком велико. Например в Англии восемь лучших интернет-провайдеров предоставляют 70% всего трафика. 

С ростом скорости мобильного интернета и увеличением популярности беспроводного подключения в сельской местности, проблема усугубится. Пользователи хотят смотреть видео без перебоев и в хорошем качестве, и без дорогой инфраструктуры мелкие провайдеры начнут терять своих абонентов.

В то же время проекты, направленные на обеспечение скоростным интернетом даже самых отдаленных уголков мира, пока ещё далеки от реального воплощения. Проект Loon, разрабатываемый Google X, подразумевающий предоставление доступа в интернет жителям сельской местности и удаленных регионов, не решит проблемы с грядущим разрывом в качестве интернета и дополнительно отдаст Google (и другим компаниям со схожими проектами) доступ к «последней миле» подключения.

Несвобода

Многие технологические сервисы, которые появятся в интернете будущего, рискуют изначально стать сильно централизованными, что серьезно повлияет на нашу повседневную жизнь. Основатель Pirate Bay Питер Сунде обращает внимание на потерю нашего контроля над интернетом вещей. 

С ним согласны и другие исследователи, в частности Мария Фаррелл, бывший старший исполнительный директор ICANN. По её мнению, в традиционном интернете происходит консолидация власти, которая в среднесрочной и долгосрочной перспективе может привести к тому, что местные контент-провайдеры будут вытеснены. Вертикальная интеграция приводит к возникновению набора глобальных монополий в социальных сетях, в поиске и в доставке контента. Джо МакНаме, исполнительный директор европейской правозащитной группы EDRi, задаётся вопросом: «Что произойдет, когда у кого-то будет своя инфраструктура CDN и доступ к последней миле, как у Facebook и Google? Вы рискуете очутиться в другом мире». 

Это легко провернуть без нарушения закона о сетевом нейтралитете. Уже сегодня Netflix активно сотрудничает с одними провайдерами, игнорируя другие — и скорость доступа начинает существенно отличаться. В соперничестве «поставщик контента vs провайдер» победителем оказывается владелец контента. Так было в 2014 году, когда возник конфликт между Netflix и оператором Verizon. В конечном итоге, потребитель хочет смотреть видео, и технические сложности оператора его мало волнуют. 

Даже очень удачные технологии, такие как Bittorent, не могут конкурировать с финансовыми возможностями техногигантов, инвестирующих в частную инфраструктуру CDN. В 2008 году на долю Bittorent приходилось до трети всего интернет-трафика, а сегодня упало до 1%.

Представляя себе будущее, исследователи задаются вопросом — каким станет интернет, где востребованным станет высококачественное VR-видео? Кто сможет предоставить скорости, необходимые для голографической связи? И останется ли интернет «свободной сетью» или превратится в набор «виртуальных частных сетей»?  От различных проприетарных устройств до будущих самоуправляемых автомобилей — всё так или иначе принадлежит нескольким крупным корпорациям. За последние 10 лет почти любая успешная технологическая компания или веб-сайт были куплены большой пятеркой: Amazon, Google, Microsoft, Apple и Facebook. 

Кто может противостоять этим гигантам? Питер Сунде считает что единственный шанс — это выбирать меньшее из двух зол и дать возможность государству вводить различные ограничения. Не слишком радостная перспектива, однако есть и позитивные примеры — например успехи Пиратской партии в Исландии. И если мы говорим о несвободе, то достаточно вспомнить, как в 2012 году Google, Microsoft и Netflix захотели добавить DRM в HTML5. В 2017 это им фактически удалось — W3C одобрил стандарт DRM для HTML5. Сам DRM-плагин уже полностью интегрировали в Chrome 57. Это значит что правообладатели смогут запрещать и ограничивать воспроизведение фильмов и музыки на компьютерах пользователей.

Интернет будущего обещает быть мрачным местом, и когда-нибудь мы сможем говорить о том, что всё начиналось с невинного «мы просто хотели смотреть видео без буферизации».